Главное меню
Главная
Струны «Лиры»
Вторая жизнь сайта
По Хайфе и дальше...
Бублофиблон
Для обращений
Навигация на сайте


New things

Bukstehude

Автор: Павел Юхвидин

J. Voorhout - Haeusliche Musikszene (1674) - Domestic Music Scene. A unique portrait of Dieterich Buxtehude. JPEG 30KB

Иоганнес Форхаут. «Домашняя музыкальная сцена»
Johannes Voorhout. Häusliche Musikszene (Гамбург — Hamburg, 1674)

Букстехуде, предположительно (почти наверняка) – второй справа в первом ряду

СЕДМИЦЫ В ЖИЗНИ ДИТРИХА БУКСТЕХУДЕ

Год 2007-й был отмечен 300-летней годовщиной со времени ухода в мир иной датско-немецкого музыканта Дитриха Букстехуде, а со дня его рождения  (год 1637-й) прошло 370 лет. В музыкальных кругах год 2007-й был признан «годом Букстехуде» и заново  открыл просвещенной публике  мир этого композитора 17-го столетия. Цифра «7» пронизывает  его биографию. «Год Букстехуде» показал, что этот музыкант значителен сам по себе, а не только в качестве  «предшественника Баха и Генделя», как его представляют учебники и словари ХХ века.    Концерты и  музыкальные празднества, органные  и хоровые фестивали, музыковедческие конференции и букстехудовские чтения проходили в Лондоне и Петербурге, Новосибирске и Праге, Москве и Льеже, но особенно  много торжеств было в лютеранских  странах,  в городах обеих родин великого органиста – Дании и Германии, в первую очередь в Любеке – старинном купеческом городе Ганзейского союза  на берегу  Балтийского моря.

На органном вечере памяти Букстехуде в Тель-Авиве органист Александр Горин был и лектором, и солистом, и автором аннотаций. Он же аккомпанировал молодым певцам в кантате «Mit Fried’ und Freud’ Ich fahrt dahin» («С покоем и радостью ухожу в мир иной»). А вот и яркое выступление Александра:

«Прогрессистская» философия искусства, во многом унаследованная из ХIХ века, выстраивает историю музыки как цепь «предвосхищений»: Дескать, Букстехуде предвосхитил Баха, Гайдн – Моцарта, Моцарт – Бетховена и так далее. Получается, что Букстехуде – это как бы «недо-Бах», Гайдн – «недо-Mоцарт», Моцарт, в свою очередь – «недо-Бетховен».  Но искусство развивается не столь прямолинейно-кумулятивным путем. Бах, конечно, грандиозное явление, и он, несомненно, многому научился у Букстехуде,  в сущности,  был  его  прямым  учеником,  хотя и  учился  у любекского  органиста всего несколько месяцев, участвуя в его вечерних концертах – Abendmusiken. Но это не означает, что Букстехуде только тем нам и важен, что молодой 20-летний Себастьян Бах совершил паломничество к нему в Любек, слушал его игру, переписывал его сочинения, воспринял многие его принципы и полифонические  приемы. Букстехуде и сам по себе очень значительная фигура в истории немецкой и мировой музыки, особенно органной. Его прелюдии (он называл их преамбулами, то есть музыка, предваряющая проповедь), токкаты, фуги, хоральные обработки, кантаты и сонаты  исполнены драматического пафоса и восторженной экзальтации, а иногда кроткого умиления и созерцательности. В то же  время, они  строго расчислены архитектонически в их «многоярусной» монументальной композиции. Букстехуде был не только знатоком контрапункта и лютеранского богословия, он знал математику, астрономию, читал труды Тихо Браге и Иоганна Кеплера, интересовался пифагоровским учением о музыке сфер. Он считал, что подлинная музыка – та, которую издают при вращении небесные сферы, а наша человеческая  музыка – бледный ее отголосок. Поэтому при всей своей безграничной   фантазии и пылком темпераменте, Букстехуде никогда не покидал сферы возвышенного. Его магическим числом было 7, в отличие от Баха, для которого числовым символом  стало 6 – Бах и группировал свои циклы сонат, концертов и хоралов  по 6, строил шестизвучные темы. У Букстехуде же  – три цикла по 7 инструментальных  сонат, 7 сонат, названных им «о сущности природы и планет» (ноты этого цикла, увы, не сохранились), многие темы его фуг состоят из семи звуков, например, соль-минорная прелюдия».

И прожил Дитрих Букстехуде 70 лет. Первые годы его жизни прошли в Ольдесло, принадлежавшем в ту пору Дании (сейчас – земля Шлезвиг-Гольштейн в Германии), где его отец служил церковным органистом  – Дитрих, таким образом, по обычаю того времени унаследовал профессию отца. Затем семья перебралась в датский город Хёльсингёр – город со старинным, еще с 8-го века, замком, который в шекспировском «Гамлете» называется Эльсинор. Как раз там, в городе Гамлета, в начале своей  четвертой седмицы, то есть в 21 год, Дитрих (датское его имя было Дидерик) начал службу в качестве органиста в Мариенкирхе (по удивительному  совпадению, все церкви, в которых служил Букстехуде на протяжении своей жизни, были церквями девы  Марии). И вот, когда, согласно элегии древнеафинского мудреца и законодателя Солона,

         «Всякий в седмице четвертой уже достигает расцвета

         Силы телесной, и в ней доблести следует знак» –

молодого, но уже известного органиста-импровизатора приглашают в вольный имперский город Любек  органистом Мариенкирхе и руководителем всей музыкальной жизни города. Именно Дитрих Букстехуде заложил традицию открытых вечерних предрождественских концертов Abendmusiken, которые привлекали слушателей всей протестантской Европы. По элегии Солона:

         «Разум и речь в семь седмиц уже в полном бывают расцвете,

         Также и в восемь – расцвет длится четырнадцать лет».

Со всей Германии к любекскому мастеру стекались ученики, наиболее талантливым из которых был Николаус Брунс, к несчастью, рано умерший. Прославленный Иоганн Пахельбель из Нюрнберга направил к Букстехуде учиться своего сына. А в 1703-м, когда знаменитому любекскому мастеру было 64, из Гамбурга в Любек приехал 18-летний Георг Фридрих Гендель, молодой виртуоз-клавесинист, автор первых опер на немецком языке, поставленных  в Гамбургском театре. А через два года, в 1705-м, в Любек пришел из Арнштадта, что в Тюрингии,  20-летний Иоганн Себастьян Бах – денег на почтовую карету у него не было, но ради Abendmusiken Букстехуде молодой органист пешком преодолел  расстояние в 400 километров. Старый датчанин сумел оценить редчайшую одаренность обоих юношей. И каждому предлагал стать его преемником. Это была большая честь – ведь пост любекского музикдиректора считался одним из престижнейших в Европе.

Но обоим пришлось отказаться: в Любеке сохранялся старинный обычай, восходящий еще к цеховым правилам средневековья – чтобы занять должность городского органиста, необходимо было жениться на старшей незамужней  дочери предыдущего. Сам Дитрих Букстехуде, действительно, женился  в свое время  на дочери престарелого музик-директора Любека Франца Тундера Анне-Маргарите. Ведь в пятую седмицу –

         «Время подумать о браке желанном мужчине,

         Чтобы свой род продолжить  в ряде цветущих детей».

В этом браке родилось 7 дочерей, но четверо из них умерли во младенчестве. И 18-летнему Генделю,  и затем 20-летнему Баху Букстехуде предлагал жениться на своей 30-летней незамужней дочери Анне-Маргарите,  полной тезке своей матери. Гендель не думал о женитьбе, к тому же и не  стремился стать церковным органистом – он был очень светским человеком. Его влекли большие города, мировые столицы, оперный театр. Себастьян Бах знал, что по возвращении в Арнштадт его ожидают неприятности  – он был отпущен церковным начальством  лишь на  четыре недели, а  пробыл в Любеке почти четыре месяца, да еще две недели заняла дорога. Поэтому служба в вольном имперском ганзейском городе стала бы для него и спасением, и большой карьерной удачей. Но в Арнштадте, кроме выговоров, его ждала невеста   Мария Барбара Бах,  его троюродная сестра, дочь трубача.  И Бах  вернулся в родную Тюрингию. Из Арнштадской церкви его, действительно, уволили, но не столько  за самовольное  удлинение отпуска, сколько за куда более непростительные  прегрешения: он, как сказано в протоколе,  «примешивал к мелодиям хорала чуждые тоны» (вот оно, влияние Букстехуде!), и, наконец, самое страшное – привел ночью в церковь девицу (ту самую Марию Барбару, свою невесту, на которой вскоре женился) и играл на органе до утра, из-за чего рабочим пришлось заново закачивать воздух в трубы.  С молодой женой молодой Себастьян Бах перебрался  через некоторое время в Веймар,  на придворную  должность камер-музикуса  Великого герцога Веймарского.

Мы не знаем изображений молодого Баха – такого, каким он пришел в Любек к Букстехуде – нам известен портрет 60-летнего лейпцигского кантора. А Дитрих Букстехуде, наоборот, был запечетлен в молодом возрасте и только один раз – на картине  гамбургского художника  нидерландского происхождения Йоханнеса Форхаута (Voorhout) «Домашняя музыкальная сцена». После смерти 70-летнего любекского мастера на его дочери женился органист Иоганн Кристиан Шифердекер, ставший преемником Букстехуде в должности городского директора музыки, но подлинными продолжателями его искусства стали его ученик Николаус Брунс, Гендель и Бах. Букстехуде мог отойти в лучший мир  «с умиротворением и радостью» – «Mit Fried  und Freud», как говорится в одной из его духовных кантат.

Дитрих Букстехуде - чакона до-минор:

Designed by Arthur Gurevich
© 2013 Carmel Lira
Автор фотографии в заглавии сайта - Людмила Станиславски
Администратор - admin@carmellira.ru
Главная | Струны «Лиры» | Вторая жизнь сайта | По Хайфе и дальше... | Авторы | Бублофиблон | Для обращений | Навигация на сайте